Партита для коллектива исполняющего рок-музыку, камерного оркестра и предсказателя, соч. 2 «Песня во мне»*
Партита включает в себя три основные партии и 12 подпартий

Вторая часть цикла Ich bin nicht da / Ich bin da – der Sportplatz [Меня здесь нет / Я здесь – спортивная площадка]

Полный текст

Общее время: 26 минут – 6 минут отрывки на YouTube с русскими субтитрами

купить CD + скачать MP3 и MP4 файл с текстом на немецком, русском, французском и английском языках: 5,95 €
купить просто скачать MP3 и MP4 файл с текстом на немецком, русском, французском и английском языках: 3,29 €

 

op. 2

I: катастрофа

Парт 1: истинная проблема 

(0:00) (1:55)

О, у меня почти постоянно болит сердце. Обычно это происходит лишь время от времени, но сейчас она почему-то почти не прекращается.

Но не в этом моя проблема. Моя же проблема в том, что…:

Это то, что всегда находится в моем подсознании: Что-то очень – очень важное уходит, а что-то все омрачает.

Такое ощущение, как если бы меня лишили опоры или фундамента, на котором я вообще что-то мог бы созидать.

В таком случае нужно ее (проблему) изменить, она тогда бы перестала быть проблемой – если бы я только захотел этого! Или если бы я только мог!

Мне в некотором смысле изначально чего-то не хватает, или в принципе мне так или иначе (чего-то) не хватает.

Тут что-то другое, что-то намного более важное, что я не совсем точно знаю, что-то, что все изначально портит.

Оно, собственно говоря, и подчиняет себе все это другое.

Я могу себе представить: нормальный человек как раз просто хватается за жизнь и после этого просто проживает эту самую жизнь.

И узнает вещи, и создает вещи, и является самим центром жизни – и это все абсолютно ко мне не относится!

Я априори отказываюсь от всего (никогда не участвовал в настоящей жизни. Я ее вообще не знаю).

Да, но ты понимаешь?: от чьего имени?

Почему я должен что-то в этом изменять? – И по всей вероятности это мне не по силам. Поскольку я этого не могу. Мне нельзя прикасаться к этому, я не могу прикасаться к этому – это все далеко от меня. Это все далеко.

Далеко отброшено. Тогда я просто таким образом пытался, ну-ну, жить с этим и найти положительные стороны в этом. Но проблема в том, что это только лишь пустое.

 

Парт 2: определение катастрофы: не-существование

(1:55) (1:17)

Моя жизнь – это действительно одна лишь сплошная катастрофа.

Так как я совсем не живу. Я вообще не живу. Это вообще-то стремно.

Это скучно, противно, бесчувственно – это вообще не жизнь. Ничего не происходит. Ничего захватывающего, возбуждающего или вдохновляющего – ничего!

Все, что меня когда-либо хоть чуть-чуть вдохновляло, это лишь моя собственная музыка, которую я сам пишу.

У других все совсем не так. Они живут. У них, правда, могут быть свои проблемы, но они пока еще живут. Они принимают участие в этом или…

Вообще должны иметь дело с чем-то живым. –Чего, при всем этом, у меня вообще нет. Это катастрофа.

Потому я проживаю свою дерьмовую жизнь, абсолютно бессмысленную и пустую, полностью опустошенную. Это катастрофа. Я с трудом могу определить эту катастрофу, но это уже что-то. Так как это больше ни в чем не проявляется.

 

Парт 3: след от всеобщей лжи 

(3:12) (0:52)

Значит ли это в данный момент, что все эти годы я только врал, только нес ерунду, когда я что-то говорил?

Это был сейчас бред?

Так как: если это действительно так, тогда то, что я сейчас говорю – вообще-то обличает ложь.

Как если бы это все являлось только лишь ложью: если я бы сейчас открыто сказал, что все это только ложь.

Все ерунда.

Мне это представляется как одна бесконечная ложь. Бесконечная псевдо-жизнь.

Бесконечная, и, прежде всего:

Это же абсолютно невозможно! Это все может быть только враньем. Меня нет, и никогда не было и…

 

Парт 4: появление неуверенности, заблуждение, зарождающаяся уверенность 

(4:04) (1:38)

Определенные вещи я отрицать не могу. Но почти также я не могу сказать «да»: «Да, это ты!» Я не могу сказать! Я этого не знаю!

У меня больше нет связи с самим с собой или что-то типа того. Я не знаю, действительно ли я здесь или действительно ли я существую – я этого не знаю!

Как если бы на самом деле у меня всегда была эта некая дистанцированность от жизни.

Потому что я же выше этого.

Конечно же, я не могу отрицать некоторые вещи, но…

… несмотря на это, у меня появилась какая-то неуверенность, несмотря на это, я не знаю, что бы я с собой мог бы сделать.

Я мог бы сейчас сказать: «Да, это был ты! В то время ты ходил туда и туда…»

Тогда это был путь, которым я часто ходил, я четко вижу его перед собой, я вижу…

Я вижу: Перед садами, там был тогда кустарник, мы там даже играли…

… что я сделал с собой? Или…

 

Парт 5: покорность судьбе

(5:42) (2:01)

И часто, часто…

…я все время замечаю, как мало этого всего было, и мне в такие моменты всегда приходит на ум…

Какой-то такой совсем тоненький голосок, который мне говорит: «Продолжай!» Попробуй еще как-нибудь открыться. Но я лишь вместо этого просто ложусь.

По сути, я полностью замкнулся и смирился со всем.

Мне очень трудно захотеть что-либо изменить.

Я не могу даже поверить, что что-то станет настоящим.

С одной стороны, я не могу отрицать этого, но, с другой стороны, я знаю точно: Ничего не изменится, я всегда останусь таким, какой я есть, всегда. Меня нет.

Я знаю точно: Я так и останусь таким же бессмысленным и пустым, как и раньше. Несмотря на все, что я говорю и что я рассказываю. Я навсегда останусь точно таким же.

 

II: Фильм

Парт 6: Вступление к пересказу 

(7:43) (0:23)

Я лишь отрешился от всего. Но вчера вечером я посмотрел один фильм и внезапно… – да, тогда что-то сломалось внутри меня. Это никак не вяжется со всем. Я испугался этого! Поэтому я закрылся.

 

Парт 7: Пересказ фильма «Песня во мне»* 

(8:07) (8:30)

Вчера показывали один художественный фильм [по телевизору]… Ну что ж, речь идет о девушке, которая едет на соревнования в Южную Америку, и она сидит в аэропорту в зале ожидания…

Рядом с ней сидит женщина, у которой младенец, маленький ребенок на руках, и она поет ребенку колыбельную на испанском языке.

И эта девушка – она немка, и абсолютно понятно, ее не знает… – и она внезапно осознает, что ей знакома эта песня. И тут ты видишь… Внезапно…

И вдруг она внезапно понимает, или каким-то образом… Внезапно она осознает: Вот это да! Мне же знакома эта песня! Как так, почему, я не знаю, но мне знакома эта песня! И тогда внезапно она ее даже начинает напевать, эту песню; она даже вспоминает слова.

Потом она уезжает, но рассказывает об этом своему отцу, о котором она думает, что он ее отец. Она сообщает ему это по телефону из Южной Америки. И она рассказывает ему: в аэропорту она слышала песню, которую она когда-то знала. Ну, так или иначе, она вынуждает отца рассказать ей что-то об этом. Она спрашивает: Что происходит? Откуда я знаю эту песню? Как так получилось? Что ты мне можешь об этом сказать? Скажи мне хоть что-нибудь об этом!

В конце концов, он ей все же кое-что рассказывает. Затем она его спрашивает: Как же меня тогда звали? И он ей тогда отвечает: Да, мы тебя удочерили.

И затем: Как меня звали? И тогда она действительно обнаруживает…

И тогда он говорит ей ее имя. После этого она смотрит в телефонную книгу и действительно находит кого-то в телефонной книге с этим именем и…

Она звонит.

И тогда она договаривается с дядей…

Она идет в эту семью, и для этой семьи, для нее, она является маленькой девочкой – логично! Ты Мария тех времен!

И она уже совсем не знает, что с ней творится; она совсем не знает… Она не может отрицать: что-то здесь есть, да –

Она же ведь узнала песню, даже могла подпевать – каким-то образом она узнала, каким-то образом, это происходит здесь и сейчас

– она же не может этого отрицать.

Но в то же время ей это абсолютно чуждо! В то же время ей это абсолютно чуждо! Что…?

С одной стороны: семья начинает реветь, тетя начинает реветь: для них это своего рода встреча вновь, обретение вновь.

У этого есть несомненная логика и несомненная взаимосвязь – но для девочки это не так!

В то же время…

В то же время она не может этого всего отрицать.

И она же видит, что другие абсолютно настоящие: что они сразу же знают, в чем дело и, в принципе, даже помогают ей снова восстановить связь. И другие, семья, общаются с ней, как абсолютно само собой разумеющееся … это безумие, как само собой разумеющееся и…

Но это трудно выразить…

И тогда… Самое трогательное место – тогда, когда…

Дерьмо!

Когда она идет… Черт, тут мне становится больно. Мое сердце болит. Все время мое сердце болит. Дерьмо.

Ну, так или иначе, она потом приезжает, выходит из машины, и ты уже тогда видишь, что за шторой стоит сестра матери, тетя. Ты ее уже видишь и…

Потом она выходит на улицу. И тогда она просто только смотрит на девушку, на Марию. Она просто только смотрит на нее. Она ее просто касается. Ну да, но это противоречие: с одной стороны…

Тогда она узнает ее, и потом она обнимает ее… Сразу же обнимает от всего сердца и искренне – безумие.

Но парадокс: Для Марии все не так: она еще не может так смотреть.

Она всего этого абсолютно не знает. Они же чужие люди…

Но в то же время она понимает или, по крайней мере, знает, что здесь где-то…: Есть в этом определенная логика или что-то типа того – это она каким-то образом знает.

Это очень странно, совершенно странная ситуация, весьма необычная.

С одной стороны, это так, как если бы ей нужно было бы просто открыться и все что к этому относится и так далее. Возможно, она даже знает, возможно, она это даже и сделает – но она этого пока просто совсем не может, это абсолютно неприемлемо. Странно.

Ну а для тети все ясно. И в конце концов она выясняет, что отец ее так или иначе похитил: что немецкие родители ее похитили.

… где тетя ее обнимает и целует и искренне к себе прижимает. То, что всегда является безумием, то, что всегда так прекрасно и потрясающе для меня. Снова и снова… да…

 

III: Бабушка

Парт 8: Открытие своей собственной жизни 

(16:37) (0:48)

Это внезапное открытие, оно напоминает мне о себе самом: как если бы был другой мир, о котором ты абсолютно ничего не знаешь! Это еще и восхищает меня: я могу одновременно очень сильно сопереживать, но в то же время я ощущаю всю эту совершенную чуждость. Как если ты каким-то образом открываешь для себя, что в тебе же есть что-то, но ты этого не знаешь, ты это лишь открываешь в данный момент.

Это странно! Этот феномен, что что-то в тебе есть… Ах да, и фильм называется также: «Песня во мне». Это восхищает меня так или иначе. Сумасшествие.

 

Парт 9: воспомина ниеозабытой любви 

(17:25) (3:14)

Моя бабушка, моя бабушка… … так или иначе… Я часто думаю о ней… и каждый раз…

Вот дерьмо. Вот дерьмо.

Я больше вообще не могу жить, потому что мне не хватает воздуха. Возможно, это и есть объяснение.

Я больше не могу абсолютно ничего чувствовать, так как если я что-то чувствую, мне тут же не хватает воздуха.

Может быть, это и есть тот скрытый смысл, о котором я все время говорю, этот туман или эта странная прослойка между мной и подлинной проблемой или подлинной жизнью.

Я должен думать о своей бабушке…

Как будто она меня каким-то образом хочет предостеречь…

… как будто она хочет меня предостеречь, как будто она…

… как будто она… – я еще не знаю точно, что это, но я должен часто думать о своей бабушке в повседневной жизни просто так.

И всегда это…

как если бы она мне хотела сказать… или как если бы она меня – ах, мне трудно это выразить словами…

 

Парт 10: Бабушка призывает меняпродолжать жить 

(20:40) (1:39)

Когда-то она, возможно, мне говорила: «Копейка рубль бережет». – В какой-то момент она, по всей видимости, должна была мне об этом сказать. Это значит, что каждый раз, когда я роняю пфеннинг или он у меня падает, я или его поднимаю или же огорчаюсь из-за этого. Тогда я ее слышу и…

… это так, как если я ей доверяю на 100%, как-будто я говорю: «Да, то, что говорит моя бабушка,…»

… это верно. То, что она говорит, это верно, ты можешь просто следовать этому. Ты даже должен следовать этому. Ты можешь следовать этому ты должен делать это. То, что она говорит, это верно». И поэтому я так и поступаю.

 

Парт 11: Бабушка говорит со мной, дает мне поддержку 

(22:19) (2:11)

Как если бы она мне каким-то образом хотела бы сказать или говорит: «Да, будь на чеку, придерживайся этого». Или «Да, у тебя есть своя жизнь!» или «И ты не лыком шит!» или «Ты существуешь…

… ты действительно существуешь!» Да: «Да, придерживайся этого, оставайся на чеку». Или «Отнесись к этому серьезно!» Сделай это реальностью!»

Это странно: Тогда я думаю о ней, и это как предупреждающий голос.

Да.

Это как если бы…

Я плохо могу это выразить…

Но это как если…

Да, настоящее предупреждение, или настоящая любовь или настоящий поддержки.

Тогда снова наступает это ужасное – я не знаю – безразличие или замкнутость или … Это ужасно смешно. И это небольшое доверие, которое я испытываю сам к себе или то немногое, что у меня есть, чему я вообще мог бы доверять – мне этого не хватает.

 

Парт 12: понимание

(24:30) (1:25)

Я надеюсь, что я не буду обращать на это внимания!

Ну да, но это действительно как… – как переломный момент или что-то типа того:

Это может быть настолько хорошо, что я снова полностью закрываюсь или вообще ничего больше… Это действительно своего рода решение.

И мне это кажется настолько утопичным: вероятность того, что я себя действительно каким-то образом открою.

Как эта Мария.

Ну да… Это может даже идти в некоторой степени со стороны: моя бабушка в определенной степени – она берет на себя роль … этой аргентинской семьи.

Она просто говорит со мной.

Как если бы я только мог существовать с кем-нибудь, с кем-то, кто со мной говорит.

Да, только с любовью в принципе.

Без этой любви тебя уже нет.

И тогда ты становишься опустошенным, таким, каким опустошенным я сейчас и являюсь.

 

Конец
(
25:50)

 

(Час истины 18.5.2012)

 

* По немецкому фильму „Das Lied in mir“ („Песня во мне“), известному в России под названием „День, когда я не родилась“.

Newsletter

Faultierfarm
Faultierfarm

Label

Musikstudio Berlin
http://www.musikstudio-berlin.com/